Б. Сложные психогенные реакции

В отличие от описанных выше примитивных защитных реакций, сложные психогенные реакции являются следствием длительной переработки травматизирующих психику переживаний с участием высших психических механизмов при наличии ясного сознания, эмоциональной и интеллектуальной сохранности.

1. Депрессивные реакции. Депрессивные реакции представляют собой длительные эмоциональные расстройства, выражающиеся в подавленном настроении, тоске, страхе и т.д. Эти состояния обычно развиваются под влиянием тех или иных тяжелых переживаний у лиц предрасположенных. Таким образом, реактивные депрессии представляются как бы заострением конституциональных особенностей субъекта. Хотя сами по себе такие депрессии доброкачественны, однако нужно иметь в виду возможность самоубийства, бегства из дому под влиянием тоски и другие эксцессы. Эта форма и по своим проявлениям, и по существу близка к маниакально-депрессивному психозу, отличаясь, однако, от последнего наличием невротических наслоений, большей зависимостью от внешних условий; улучшение последних при реактивной депрессии довольно быстро ведет к выздоровлению, чего не бывает при настоящем маниакально-дenpeccивном психозе с его эндогенной обусловленностью. Кроме того, при реактивных депрессиях наблюдается меньше зависимости от наследственного предрасположения, чем при маниакально-депрессивном психозе. по-видимому, однако, существуют переходные формы между реактивными и эндогенными депрессиями.

2. Шизоидные реакции. Подобно реактивным депрессиям шизоидная реакция зависит не только от внешних моментов, но и от соответствующего предрасположения. Этот вид психогении вызывается длительными неблагоприятными внешними условиями или же переменой обстановки и условий жизни, к которым субъект не в состоянии приспособиться.

Развиваются замкнутость, упрямство, негативизм, недоступность, отказ от пищи, немотивированные вспышки аффекта, злобное отношение к окружающим, уклонение от работы, бегство.

Кроме острых шизоидных реакций, различают еще шизоидизацию как хроническое более или менее стойкое изменение характерологической структуры личности в сторону шизоидии, сводящееся к сужению интересов, аутистичности, появлению замкнутости, наряду с апатией и раздражительностью. Понятие это, выдвинутое Серейским, имеет принципиальное значение, так как оттеняет возможность динамического изменения характера под влиянием экзогенных факторов и опровергает представление об исключительно наследственной обусловленности шизоидии.

3. Шизофреноподобные реакции. Сюда относятся психотические картины, внешне сходные с шизофренией, но отличающиеся по клинической картине, течению и прогнозу от процессуальных форм шизофрении. Здесь нет присущего истинной шизофрении прогредиентного оскудения личности, шизофреноподобные реакции не ведут к деградации, к дефекту. Это заболевание возникает в виде реакции в ответ на экзогенные, соматические и психогенные вредности. Такие реакции описаны были у нас Ганнушкиным, за рубежом — Поппером и Каном. Серейским указано, что при возникновении такой реакции основную роль играет следующая триада: 1) соматическое заболевание (инфекции и пр.), 2) истощение организма и 3) психическая травма. При наличии шизоидной конституции экзогенные факторы играют основную роль в структуре этих болезненных состояний. В отличие от процессуальных шизофрений эти реакции дают благоприятный исход. Чаще всего встречаются галлюцинаторно-параноидные синдромы, но наряду с этим наблюдаются кататонические, гебефренные и простые синдромы по типу процессуальной шизофрении.

4. Параноидные реакции. Бредовое толкование окружающего только тогда может считаться реактивным, когда развитие бреда стоит в тесной связи с переживанием, исходит из внешних условий, без которых и не было бы данного болезненного состояния. Фактически, конечно, могут быть случаи переходного характера.

а) Такой переходной формой можно считать бред кверулянтов (сутяжничество),который раньше описывался Крепелином в составе паранойи, а затем в числе психогенных реакций. Действительно, при этой форме имеют одинаково важное значение и соответствующее предрасположение, и внешние обстоятельства. Это обычно гипертимические, экспансивные, стеничные натуры с повышенным биотонусом, с большой энергией при защите своих прав; их конфликт с окружающими дает начало длительной борьбе, обычно выражающейся в искании своего права судом, в бесконечных длительных тяжбах, делающихся целью жизни больного и связанных с бредовым толкованием неудач и поражений в этой борьбе. Это так называемая «паранойя борьбы». Особенное значение имеет в таких случаях основная травма, ударившая по чувствительному месту в психике субъекта. Бред кверулянтов не всегда выражается исключительно в юридическом сутяжничестве, — иногда он проявляется в виде бреда ревности.

б) Следующей формой параноидной психогении является сенситивный бред воздействия. Эта форма, описанная Кречмером, отличается от бреда сутяжничества прежде всего в смысле конституциональных особенностей соответствующих больных. Если, как было упомянуто выше, кверулянты отличаются экспансивностью, стеничностью, боевым складом, то сенситивные — это, наоборот, люди, ущемленные собственной недостаточностью, повышенно впечатлительные, боязливо и скрупулезно перерабатывающие в себе свои переживания, постоянно мучимые сомнениями, склонные к самобичеванию. На этой почве развивается бред, содержание которого состоит в том, что все окружающие знают об их недостатках, говорят об этом, насмехаются и издеваются. Нередко в основе бреда лежит сексуальный комплекс.

в) Острые параноидные реакции. Заболевание характеризуется быстрым, почти без предвестников, развертыванием бреда преследования. Больным начинает казаться, что за ними следят какие-то подозрительные люди, шпионы, специально подосланные лица, что они в центре внимания, кругом происходят какие-то тревожные события, их собираются ограбить, убить, захватить. Одновременно развивается непрерывно нарастающий, ярко выраженный страх, приводящий к аффективному сужению сознания и неправильным, бредовым образом обусловленным поступкам. Содержание бредовых переживаний всегда крайне элементарно и не выходит из круга ситуации, в которой находятся больные. Течение заболевания непродолжительно и заканчивается полным выздоровлением.

Причиной подобных реакций всегда является одновременное сосуществование психически травматизирующей ситуации и соматического фактора (длительное лишение сна, физическое истощение, ослабляющее физическое заболевание). Второй фактор является тем обязательным «фоном», соматогенно измененной почвой (Жислин), на которой и становится возможным развертывание психогенно обусловленной реакции.

г) Параноидно-депрессивные реакции. Во время Великой Отечественной войны приходилось наблюдать своеобразные параноидно-депрессивные реактивные состояния. Подобные реакции наблюдались как среди гражданского населения, так и среди участников войны. В том и другом случае речь шла о лицах, перенесших особенно тяжелые испытания — фашистский плен, окружение, оккупацию — и связанное со всем этим крайнее физическое истощение. Кроме того, больные были обычно ослаблены перенесенными соматическими заболеваниями или ранениями.

Больные в подобных состояниях подавлены, тревожны, испытывают постоянный страх, высказывают бред преследования и отношения: в палате лежат не больные, а подставные лица, вокруг них фашисты, шпионы, отравители; за ними следят, о них говорят, скоро их умертвят. В других случаях при наличии особенно тяжелой депрессии развивается бред самообвинения: больной считает себя преступником, изменником, товарищи сражаются, а он даром здесь ест хлеб, и т.п.

Заболевание протекает остро и через несколько недель заканчивается выздоровлением. Реже процесс затягивается на несколько месяцев и лишь постепенно проходит, оставляя после себя астеническое состояние (повышенная утомляемость, эмоциональная лабильность, ночные страхи).

Как по клинической картине, так и патогенезу это страдание, по-видимому, близко шизофреноподобным реакциям.

д) Бред преследования тугоухих. Основан на неуверенности в своей безопасности вследствие невозможности из-за глухоты поддерживать правильные взаимоотношения с окружающими; известная отчужденность, углубление в свои переживания способствуют при этом возникновению и развитию у предрасположенных лиц бреда преследования с подавленным настроением, иллюзиями и галлюцинациями; шум в ушах, часто беспокоящий лиц с ушными болезнями, может служить основой для обманов чувств. Чаще всего этот бред развивается при тяжелых материальных условиях и особенно в пресенильном возрасте, который сам по себе предрасполагает к психическим заболеваниям.

5. Индуцированное помешательство. Представляет собой результат психогенного воздействия и своеобразной переработки чужого психоза. Часто поддаются влиянию параноидных больных лица со слабым интеллектом, повышенной впечатлительностью и психопатическим предрасположением. Кверулянты, параноики (особенно с религиозным бредом), а иногда и парафреники находят себе последователей среди таких неполноценных личностей. Галлюцинации («видения», «откровения»), припадки и другие болезненные явления у индуцирующего больного оказывают особое влияние на невежественных и неполноценных индуцируемых, которые также начинают галлюцинировать, воспринимать и развивать бредовую систему, полученную таким образом от другого лица. Обыкновенно после удаления больного от индуцирующего лица заболевание мало-помалу, а иногда и очень быстро сходит на нет. В литературе имеются описания целых эпидемий, изуверских сект и пр., возникавших путем индукции. Низкий культурный уровень в местах удаленных, в замкнутом круге людей, мало общающихся с внешним миром (социально-бытовые условия дореволюционного времени в связи с религиозными суевериями), являлся удобной почвой для таких эпидемий, часто связанных с массовыми истерическими реакциями (например, мерячение в Сибири, описанное Токарским и Мицкевичем).

6. Тюремные психозы. Чаще всего параноидные реакции наблюдаются при т.н. тюремном психозе. Термин «тюремный психоз» употребляется очень часто и получил права гражданства; однако тюремный психоз не однороден и включает разные заболевания, в зависимости от той почвы, на которой он развивается. В тюрьме возможны и реактивные депрессии, и шизоидные реакции, и псевдокататонический ступор, и истерические явления, и, наконец, параноидные формы, которые, пожалуй, являются все же самой частой разновидностью тюремного психоза.

Из сказанного ясно, что принципиально нет оснований для выделения особого тюремного психоза, т.к. в тюрьмах, как мы видели, возможны разнообразные психические расстройства, не специфические именно для мест заключения. Мы считаем, однако, нужным упомянуть о тюремном психозе, имея в виду частое употребление в литературе этого термина.

Наблюдающиеся в наших условиях психические расстройства заключенных чаще представляют собой проявления заболеваний, ранее начавших развиваться и связанных с патогенезом, не имеющим отношения к заключению (шизофрения, прогрессивный паралич, психопатии и пр.); называть такие заболевания тюремным психозом, конечно, нет никаких оснований.

Источник информации: Александровский Ю.А. Пограничная психиатрия. М.: РЛС-2006. — 1280 c. Справочник издан Группой компаний РЛС®

События

Наш сайт использует файлы cookie, чтобы улучшить работу сайта, повысить его эффективность и удобство. Продолжая использовать сайт rlsnet.ru, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookie.