Энциклопедия лекарств
и товаров
аптечного ассортимента

А) Соматическая деформация человека его профессией и «профессиональный отбор»

Листать назад Оглавление Листать вперед

Влияние профессии на физико-соматическую структуру человека сказывается прежде всего в своеобразном «профессиональном отборе». Это явление состоит в том, что в ряде профессий, чтобы попасть в члены профессиональной группы, индивиды должны обладать определенными соматическими признаками или быть свободными от других. Такое обстоятельство ведет к своеобразному «подбору» антрополого-соматического состава членов таких профессий. Так, для того чтобы быть профессионалом-певцом, индивид должен иметь хороший голос, т.е. определенное строение голосового аппарата. Люди с плохим голосом не могут стать профессионалами-певицами, а тем более успешно работать в этой профессии. Профессия крючника требует от его члена сильной мускулатуры и здоровья. Люди больные, слабые, не могут войти и удержаться в кругу профессии крючников, а тем более быть хорошими профессионалами. Безногий человек не может быть хорошим наездником, безобразная женщина — успешной куртизанкой, толстый и разжиревший индивид — цирковым акробатом, глухой — хорошим музыкантом, слепой — художником, калека — военным и т.д. Раз дело обстоит так, то следствием его должен быть факт своеобразного антропологического состава членов ряда профессиональных групп. Как общее правило, профессионалы-крючники должны быть сильными людьми с хорошо развитой мускулатурой, профессионалы-певцы будут в общем обладать таким устройством голосового аппарата, который обеспечивает возможность хорошего голоса; группа успешных куртизанок в общем будет состоять из «красавиц», цирковые акробаты — из лиц с гибким и эластичным телом и т.д. А это значит, что состав членов резко различных профессиональных групп с соматической стороны неизбежно должен быть различным, и обратно, соматическое строение членов одной и той же профессии в ряде профессий должно быть сходным и именно в тех отношениях, которые вытекают из самого характера данной профессии. Отсюда понятна возможность существования специально профессиональной антропологии. Отсюда же ясно, что я разумею под «профессиональным отбором». Он требует специального исследования. Такое исследование в последнее время (хотя и в иной постановке) делалось кое-кем и дало известные результаты, вполне подкрепляющие указанные общие положения, но эти исследования должны быть поставлены шире и точнее по сравнению с произведенными /6/.

Из сказанного ясно, что профессиональный отбор представляет явление, отличное от деформации. Специфический, с соматической точки зрения, состав ряда профессиональных групп вызван прежде всего отбором, который «механически» производит профессия. Без всякого деформирующего влияния профессиональной деятельности в ряде профессиональных групп, в силу очерченного отбора, происходит «подбор» годных для нее индивидов и исключение — негодных, неподходящих. Следствием этого является специфический антропологический состав членов таких профессий.

Если предположить, что такой отбор в данной профессии совершается длительно и если бы не было других пертурбационных факторов, то в итоге такого профессионального отбора могли бы создаться настоящие соматические вариации человека. Ограничиваюсь сказанным в характеристике «профессионального отбора» и перехожу к описанию соматической деформации человека, производимой его профессией.

Существование такой деформации не подлежит сомнению. Профессиональная работа волей-неволей заставляет человеческий организм приспособляться, «приноравливаться» к ней. Постоянное выполнение ее неизбежно вызывает атрофию не нужных для этой работы органов и гипертрофию или трансформацию органов, служащих для выполнения профессиональных актов. Dе Moor вполне правильно говорит, что «форма мускулов варьирует сообразно с функциональными возбуждениями, вытекающими из их работы» /7/. «Организм не перестает приспосабливаться различным способом к выполняемой им работе, чтобы установить такой способ функционирования, который давал бы возможность избегать или уменьшать всякую бесполезную трату энергии» /8/. Эта деформация организма, вызываемая профессиональной работой, — частный случай более общего биологического принципа, гласящего: «Функция создает орган»2. Раз видоизменяются органы, раз одни из них гипертрофируются, другие — ослабляются, это значит испытывает деформацию и весь организм профессионала. Фактов, подтверждающих сказанное, сколько угодно. Приведу некоторые. Таковы: развитие и укрепление мускулатуры пальцев и кисти руки у пианистов, огрубение кожи рук у лиц, занимающихся «черной» работой (дровосеков, столяров, землекопов и т.д.), гистологическое «изнеживание» кожи рук у лиц, занятых «белой» работой1, развитие мускулатуры у крючников и лиц, занятых тяжелым физическим трудом, изменение гистологического строения кожи кочегаров, искривление позвоночника у лиц, много времени проводящих за письменным столом, появление «военной косточки» у ряда военных профессионалов, искривление ног у кавалеристов, значительная деформация всего организма у атлетов, акробатов, и т.д., и т.д. Прибавьте к этому патологически болезненные изменения организма и физиологических процессов, вызываемые той же профессией: «катаральное состояние горла» («профессиональная болезнь») у педагогов и лиц, много говорящих, геморрой у лиц, принадлежащих к сидячим профессиям, венерические болезни и деформация половых и детородных органов у проституток, близорукость у «пишущей и читающей братии», у наборщиков, часовых мастеров, чахотку и болезненное изменение дыхательных органов у профессионалов, работающих (в силу своей профессии) в сырых и антигигиенических помещениях, ожирение аббатов, монахов и священников во времена «тихого и мирного жития их», поранения и искалечения военных, падающие на их долю в силу их профессии, и т.д., и т.д., учтите бесчисленные факты такого рода, и громадная соматическая деформация, вызываемая профессией, станет ясной. Она станет еще более рельефной, если взять всю физиологию и все строение тела членов различных профессий. Самый неопытный наблюдатель легко отмечает бросающуюся в глаза разницу между пышущим здоровьем «землеробом» или рыболовом, с одной стороны, и бледным рабочим—обитателем фабрик, чиновником, ученым или членом других «умственных» профессий, проводящих главное время не на чистом воздухе, а в прокуренных и зараженных канцеляриях, фабриках, заводах, аудиториях. Конечно, бывают исключения, но они меня сейчас не интересуют. Недаром же ряд социологов, например, Гиддингс, Аммон и др., считают крестьянское и сельское население источником здоровья, регулярно и непрерывно доставляющим здоровые элементы городу и городским профессиям, быстро изнашивающим это здоровье и неспособным сами возобновлять его /9/.

О том же, наконец, говорят и цифры профессиональной смертности: известно, что они довольно резко колеблются от профессии к профессии /10/.

Эта деформирующая роль профессии в данном отношении столь значительна, что ряд авторов не без основания доказывает профессиональное происхождение различных вариаций Homo sapiens, многими считавшихся за особые расовые разновидности3.

В данной программной статье нет дальнейшей надобности доказывать очерчиваемую деформирующую роль профессии. Она не подлежит сомнению. Задача дальнейших исследований — детализировать изучение и описание форм этой деформации; существование же самого факта соматической деформации в доказательстве не нуждается. Перехожу к описанию дальнейших форм деформирующего влияния профессии.

1 Это положение, как известно, прекрасно было формулировано еще Ламарком. Dans tout animal, говорит он в своей Philosophie Zoologique, qui n’a point dеpassе la terme de son dеveloppment, I’emploi plus frеquent et soutenu d’un organe quelconque fortifie peu а peu cet organe, le dеveloppe, 1’agrandit et lui donne une puissance proportionnеe аladurеe de cet emploi. Au contraire, le dconstant et еfaut d’usage de tel organe I’affaiblit insensiblement le dеtеriore, diminue progressivement ses facultes et tend а le faire disparaitr.

2 Соответственные препараты показывал мне, между прочим, профессор А.В. Немилов.

3 См. напр., Demоlin: Comment la route cree le type social, т. I и II, где он показывает, как географическая среда, в которой жили разные народы, диктовала им соответственную профессию и способы добывания средств существования, а эти последние деформировали, в свою очередь, физический и психический тип этих народов; см. его же: Les francais d’aujourd’hui, 1898, где он то же показал в применении к различным местным типам (провансальца, оверньянца и т.д.) Франции.

Источник информации: Александровский Ю.А. Пограничная психиатрия. М.: РЛС-2006. — 1280 c.
Справочник издан Группой компаний РЛС®

Листать назад Оглавление Листать вперед