Энциклопедия лекарств
и товаров
аптечного ассортимента

ЭТИОЛОГИЯ И ПАТОГЕНИЯ ДУШЕВНЫХ БОЛЕЗНЕЙ / БАЛИНСКИЙ И.М.

Листать назад Оглавление Листать вперед
БАЛИНСКИЙ И.М.
Лекции по психиатрии.- М.: Медгиз, 1958.- С. 38–52.

Причины, влиянию которых приписывают развитие душевных болезней, бывают весьма различны, равно как и образ их действия. К ним принадлежат вообще: или известные внешние болезнетворные влияния, как-то: влияние климата, времен года, солнечного удара, головных ран и т.п., или некоторые болезненные состояния самого организма, — наследственное расположение, предшествовавшие болезни легких, детородных органов и т.п.

Причины разделяются вообще на предрасполагающие и возбуждающие, хотя некоторые из них действуют тем и другим образом вместе, как: изменение в месячном очищении, моральные потрясения и т.п. Сравнивая предрасполагающие и случайные причины умопомешательства с подобными причинами других болезней, например нервных и в особенности болезней мозга, легко можно убедиться в чрезвычайном сходстве этиологии в обоих случаях. Так причины, способствующие, по мнению наблюдателей, развитию душевных болезней, весьма различествуют от причин, приписываемых падучей болезни, апоплексии и т.п. В частных случаях с причинами болезни ознакомляют нас, прежде всего, анамнестические сведения о больных, заслуживающие всегда полного внимания и подробного рассмотрения со стороны врача. В этом отношении нельзя, однако ж, считать безусловно верными все предположения о причинах болезни, передаваемые родственниками или окружающими больного, без достаточных на то доказательств. Опыт доказывает, что они бывают большей частью ложны или, по крайней мере, весьма односторонними. Остерегаться также следует принимать за причину болезни самое ее проявление. Так, нередко принимаемы были за причины умопомешательства влечение к спиртным напиткам, наклонность к онанизму, внезапная влюбчивость, наклонность к теологическим спорам, к разного рода неудачным предприятиям и т.д., и болезнь приписывалась поэтому пьянству, половому изнурению, несчастной любви, религии, неудачной спекуляции и т.д., между тем как подобные влечения составляли собственно припадки вполне уже развившегося душевного расстройства.

Нередко также ошибаются не только незнающие, но и опытные врачи в отношении времени существования болезни, принимая, например, застарелые случаи за совершенно свежие и приписывая развитие болезни каким-нибудь посторонним, недавно случившимся обстоятельствам. Так, Pinel упоминает об одной женщине, заболевшей, по мнению окружающих ее, несколько месяцев тому назад, а на деле оказавшейся больною уже в продолжение 15 лет. Поэтому анамнестические сведения не должны ограничиваться определением телесных и душевных изменений, предшествовавших немедленно развитию умопомешательства, но распространяться на всю жизнь больного, а также на жизнь его родителей и ближайших родственников. Они должны ознакомить нас с наследственным расположением к подобного рода болезням, если оно существует, с постепенным развитием организма больного, с обыкновенным состоянием его здоровья, с расположением к другим болезням, с самыми болезнями, которым он подвергался в различных возрастах своей жизни, а также с характером, наклонностями больного, с его способностями, с полученным им воспитанием, с его мнениями и занятиями, с семейными и служебными его обстоятельствами и т.д.

Только самые подробные сведения ознакомляют нас достаточно с личностью больного в физическом и моральном отношении; собирая их, врач должен всегда помнить, что настоящая болезнь представляет результат не одной какой-либо причины, но всех вообще предшествовавших ей болезнетворных влияний. Этим только путем приобретается верный взгляд на развитие умопомешательства и в тех даже случаях, где оно появляется внезапно и без всяких по-видимому причин; становятся нередко ясными все условия математической почти необходимости его развития. Анамнестические сведения не менее важны для самой терапии, показания которой основаны не только на точном знании различных хронических и острых страданий организма, но и на знании характера индивидуума и моральных причин его болезни. Поэтому этиология составляет одну из весьма важных частей науки о душевных болезнях, как в практическом, так и в теоретическом отношении. В практическом — преимущественно потому, что, несмотря на невозможность удаления некоторых причин, недоступных нашим средствам, удаление уже некоторых из них, постановление больного в соответственные материальные и моральные условия жизни весьма много способствует излечению болезни. В теоретическом отношении потому собственно, что без ясного понятия о причинах понятие о болезненном процессе становится ложным или совершенно темным. Вникая ближе в этиологию душевных болезней, мы действительно замечаем, что в большинстве случаев они развиваются под влиянием не одной какой-либо специфической причины, но вследствие многих и весьма разнородных, действующих вместе или отдельно.

Начало болезни относится нередко к первым еще периодам детства, к самому началу умственного образования человека; никогда, однако ж, состояние например возвышенной душевной раздражительности не возрастает незаметно и не достигает полного расстройства умственных отправлений без влияния различных неблагоприятных моральных или телесных страданий, способствующих его развитию. В частных случаях встречаем постоянно несколько причин болезни: пьянство например и вместе с ним сильные душевные возмущения, или наследственное расположение, домашние неудовольствия и болезнь, например сердца, или послеродовой период и сильная печаль, или испуг, или несчастная любовь и начинающееся развитие бугорков.

Так что болезнь почти всегда должна быть приписана целому ряду следующих за собою болезнетворных влияний. В отношении однако ж ко многим из подобных причин, связь, существующая между ними и приписываемым им действием на организм, или образ, которым, вследствие них, развивается умопомешательство, остаются для нас совершенно темными или весьма мало понятными. В подобных случаях действительность причин основана единственно на эмпирических статистических данных, на том, например, что развитию умопомешательства весьма часто предшествует наследственное расположение и т.д. В других случаях, напротив, действие причин более ясно и патогения болезней объясняется физиологическими законами, например, когда вследствие сильно угнетающих моральных влияний развивается страдание сердца и вслед за ним умопомешательство. Потому именно встречается нередко значительное затруднение в определении в частных случаях влияния отдельных причин на развитие болезни. Здесь преимущественно надобно остерегаться слепого систематического пристрастия к исключительной какой-либо патологической теории, предпочтения какого-нибудь одинакового рода причин, более соматических или более психических, остроумных гипотез, в случаях, если действительности причин не объясняют ни статистические, ни физиологические сведения. На гипотезах не следует тем более основывать план лечения; нужно помнить, что умопомешательство, точно так же как и многие другие хронические страдания, развивается иногда постепенно вследствие причин, для нас совершенно темных.

Впрочем, действительность причин определяется здесь, как и вообще, по законам рациональной патологии. Предшествовавшее, например, умопомешательству легкое страдание желудка, незначительные геморроидальные опухоли, скоро излеченная чесотка и т.д. не могут быть признаны причинами болезни, ибо в пользу их не говорит ни одна статистика и не существует никакого соотношения между ними и умопомешательством. Невозможно также счесть причиною душевной болезни совместно с ней появившееся сильное, например, страдание кишечного канала и т.п., потому что причина должна предшествовать своему последствию. Напротив того, не подлежит уже сомнению влияние, оказываемое в подобных случаях болезнями сердца, затрудняющими кровообращение к мозгу; угнетающими страстями, в пользу которых, если бы образ их действия был вполне неизвестен, говорят все статистические исчисления; глистами, составляющими нередко причину других не менее тяжелых страданий (эпилепсия).

Смотря по способу, каким действуют причины, различается двоякое происхождение душевных болезней: 1) непосредственное, вследствие влияний, непосредственно действующих на мозг (например, сотрясений, ран мозга, влияние наркотических ядов, чрезмерного напряжения умственных способностей, сильных душевных волнений и т.п.) и 2) вторично, вследствие вторично действующих на мозг изменений в других частях организма и действующих именно трояким образом, или а) вызывая и поддерживая привычные приливы крови к мозгу (например болезни сердца), или б) передавая центру раздражительное состояние, возбужденное в периферических частях нервной системы (например повреждение нервных ветвей, раздражение половых органов и т.п.) или с) изменяя питание и нормальное поэтому возбуждение мозга (как-то: болезни крови анемическое состояние, атрофия, туберкулы мозга). В частных однако же случаях не всегда можно с точностью различать первичное развитие болезни от вторичного потому еще, что они действуют иногда тем и другим образом вместе у одного и того же индивидуума (например угнетающие страсти).

Источник информации: Александровский Ю.А. Пограничная психиатрия. М.: РЛС-2006. — 1280 c.
Справочник издан Группой компаний РЛС®

Листать назад Оглавление Листать вперед