Энциклопедия лекарств
и товаров
аптечного ассортимента

Заключение

Листать назад Оглавление Листать вперед

Итак, физиологическая сущность неврозов человека может быть сведена к функциональным нарушениям силы уравновешенности и подвижности основных нервных процессов, а также к силовым взаимоотношениям коры и подкорки и сигнальных систем. Под неврастенией акад. Павлов понимает различные патологические состояния корковых клеток, возникающие на основе системно-уравновешенного типа.

Симптоматология истерии и психастении, помимо патологического состояния корковых клеток, обусловливается нарушением равновесия между основными инстанциями высшей нервной деятельности, т.е. между второй сигнальной системой, с одной стороны, и первой сигнальной системой, связанной с подкоркой, — с другой.

На основании физиологического анализа неврозов человека акад. И.П. Павлов приходит к выводу, что здесь, как и при экспериментальных неврозах, различие основных невротических синдромов обусловливается типом нервной системы. «Сколь разнообразным должно быть решение одной и той же задачи у людей в зависимости от различных типов нервной системы и как различны должны быть патологические симптомы в случае неодоления этих задач ненормальными типами» (Павлов).

При определении природного типа нервной системы вопрос заключается в определении как частного, так и общего типа. Первая задача, т.е. определение уравновешенности сигнальных систем художественного или мыслительного типа не представляет особых затруднений. Но эти затруднения весьма значительны при определении общего типа, например — слабого. Об этом акад. И.П. Павлов высказывается следующим образом: «Образ поведения человека и животного обусловлен не только прирожденными свойствами нервной системы, но и тем влиянием, которое падало и постоянно падает на организм во время его индивидуального существования, т.е. зависит от постоянного воспитания или обучения в самом широком смысле слова. И это потому, что рядом с указанными выше свойствами нервной системы непрерывно выступает и важнейшее ее свойство — высочайшая пластичность. Следовательно, если дело идет о природном типе нервной системы, то необходимо учитывать все те влияния, под которыми был и теперь находится данный организм».

В лаборатории путем соответствующих экспериментов удалось выяснить, что, например, трусливость животного, его крайняя тормозимость под влиянием новой обстановки не всегда являются следствием врожденной слабости, а, как показал опыт, объясняются тем, что в течение значительного периода от рождения животное держалось взаперти. Благодаря этому у него зафиксировался врожденный, но временный рефлекс осторожности, беспомощности, который путем жизненной тренировки обычно изживается.

То же самое, но в более сложном психосоциальном преломлении может иметь место и у человека, у которого благодаря соответственной ситуации детства или методам воспитания может фиксироваться инфантильная установка беспомощности и страха перед жизнью. Невротическое поведение такого человека может быть объяснено в таком случае не природной слабостью, а рядом астенизирующих средовых воздействий, отсутствием жизненной тренировки. Только после исключения значения этих факторов в развитии личности — можно думать о природном слабом типе.

После рассмотрения с физиологической точки зрения нейродинамического субстрата невротических симптомов и почвы, на которой они возникают, остается подойти с этой же точки зрения к причинам неврозов.

По современным воззрениям неврозы суть психогенные заболевания, связанные в той или иной степени с конфликтными переживаниями.

Что такое конфликты с точки зрения физиологической? Это есть столкновение двух противоположных процессов — раздражительного и тормозного.

Второй тип психогений — это психотравматические формы, шоковые травматические формы неврозов. Это есть результат запредельного торможения коры, выключения коры и включения эмотивного подкоркового отдела. А что такое «бегство в болезнь»? С точки зрения физиологии и это теперь понятно.

«...Симптомы, способные в нормальном субъекте со временем изгладиться, вследствие ли боязни за их ненормальность, за их неудобство, прямую вредность или даже только неприличность, или, обратно — за их ту или другую жизненную выгодность, или просто за интересность, совершенно тем же механизмом, как в описанном военном случае, эмоционально поддержанные, делаются все более и более усиленными и распространенными, вследствие иррадиирования, и стационарными. Конечно, у слабого субъекта, который является жизненным инвалидом, не способным положительными качествами вызвать к себе внимание, уважение, расположение, будет действовать особенно последний мотив для продолжения и закрепления болезненных симптомов. Отсюда и бегство, воля к болезни как характернейшая черта истерии» (Павлов)2.

Акад. Павлов приходит к выводу, что для нас в этом случае не остается достаточных оснований говорить, что в данном случае есть умышленное симулирование симптомов, а это результат патофизиологических отношений, патологических временных связей (условных рефлексов).

В заключение, что нам дает школа акад. Павлова для проблемы классификации неврозов? Классификация идет по двум направлениям: с одной стороны старая, нозологическая классификация, всем известные — неврастения, психастения, истерия; французские авторы сюда прибавляют еще эмоциональный невроз. Но спрашивается, что же лежит в основе этой классификации? Исключительно только формально описательный метод, потому что мы все-таки не знали и не понимали, что лежит в основе этих синдромов. Говорят, что неврозы — это реактивно динамические расстройства нервной системы. Прибавлялось еще «психогенные». Какое отношение имеет психогенное к реактивно-динамическому? Школа акад. Павлова все это наполняет содержанием; мы теперь понимаем, что в основе определенного синдрома лежит определенный нервно-физиологический субстрат. Для нас истерия — это не просто сумма внешних признаков, а это есть сумма признаков, являющихся следствием особого нервного динамизма, определенного патофизиологического субстрата.

Затем речь идет о том, на какой почве развивается невротический симптом? До сих пор спор является нерешенным. Если одни считают, что неврозы обязательно должны развиваться у психопатов, то другие считают, что психопатия — это совершенно другого рода понятие, что неврозы — это скорее приобретенного порядка сложные формы реагирования личности. Есть такие авторы, которые (на последней Харьковской конференции) говорят, что невротическая реакция может быть и у нормального человека и у психопата и, наконец, как фаза препсихотическая.

Мы стоим ближе к этой последней точке зрения. Что такое с физиологической точки зрения невроз? Это есть отклонение высшей нервной деятельности, вызванное функциональным путем. Может быть такое состояние у психопата? — Может. Может оно быть и у нормального человека, а также и в препсихотическом состоянии. Таким образом мы стоим на точке зрения, что невротические симптомы могут быть на разной почве. Но тогда возникает проблема: чем же объясняется сходство, например, истерии как невроза и истерии как фазы препсихотической, истерического дебюта шизофрении или органического истероида? Почему одинаковы симптомы, несмотря на то что совершенно различны условия развития?

С точки зрения физиологии это совершенно понятно. Каковы бы ни были условия, а патофизиологический субстрат тот же самый, т.е. истерический синдром может объясняться в одних случаях приобретенным, в других врожденным нарушением силовых взаимоотношений коры и подкорки, а физиологическая динамика та же самая.

Несколько слов о значении лабораторных данных для терапии неврозов. На основании лабораторных данных установлено, что бром имеет непосредственное воздействие на тормозный процесс, укрепляя его. С другой стороны также установлено, что слишком большое усиление его невыносимо для слабого типа нервной системы. Чем слабее нервная система, тем меньше должна быть доза брома. Этот принцип индивидуализирования доз брома был нами испытан на поликлиническом материале 56 случаев реактивной неврастении (совместно с доктором Зигель и доцентом Вайнбергом). Оказалось, что в тех случаях, где большие дозы не принесли пользы, малые давали эффект и особенно благоприятно воздействовали на бессонницу.

И, наконец, я должен сказать, что, конечно, физиологическая трактовка неврозов является односторонней и не исчерпывает всей проблемы неврозов в целом, так как она не касается этиологической сущности и психосоциального содержания неврозов. Но в вопросе динамики симптомообразования учение Павлова дает возможность заменить совершенно субъективные, подчас явно выдуманные конструкции, — физиологическими механизмами на основе экспериментальных данных, и этим наносится сокрушительный удар всяким идеалистическим и метапсихологическим построениям в нашей области, т.е. в области психоневрозов и психотерапии.

Поэтому я считаю, что нам, неврологам, можно признать, что сближение лаборатории акад. Павлова с клиникой неврозов есть событие величайшего научного значения и является действительно новым этапом в развитии учения о неврозах, их классификации и лечении.

 1 Вторая причина — это ошибка раздражительного и тормозного процесса, являющаяся нейродинамическим субстратом конфликтных переживаний.

2 См. Акад. И.П.Павлов. Проба физиологического понимания симптомологии истерии.- Изд. Акад. наук. Л., 1932.

Источник информации: Александровский Ю.А. Пограничная психиатрия. М.: РЛС-2006. — 1280 c.
Справочник издан Группой компаний РЛС®

Листать назад Оглавление Листать вперед